Города и океаны Андрея Макаревича; жизнь по законам жанра

.

История группы «Машина времени» записана со слов Андрея Макаревича, и если в ней и есть какие-то неточности, то Андрей считает, что это совершенно несущественно. Этот материал был подготовлен в 1987 году.

В начале лета 1969 года несколько учеников 19-й московской спецшколы — рьяные поклонники рок-н-ролла вообще и ансамбля «Beaties» в частности — решили во что бы то ни стало создать собственную рок-группу. Сразу же было оговорено, что исполнять они будут только свои песни, которые и не замедлили появиться на свет. Был создан «блок» из двенадцати композиций на английском языке (как у «Beaties»). Благо школа дала юным музыкантам столько знаний, чтобы слепить рифмованные тексты на чужом языке, который никак не хотел лезть в голову во время уроков. Впрочем, о грамотности этих произведений, наверное, лучше не вспоминать…


Итак, родилась ещё одна англоязычная московская группа. А если группа есть — значит, необходимо и название. Для начала было решено окрестить ансамбль загадочным, фантастическим именем, которое с годами прижилось, несколько потеряв свою «революционность» в глазах поклонников, но приобретя некую респектабельность и уважение у друзей и даже недругов.
Группа стала называться «Машины времени». Почему «машины»? Это очень просто: все ансамбли того времени, как правило, выбирали себе в название слова во множественном числе. Например, «Animals». «Doors» и, конечно, «Beaties». У нас в стране были «Цветы», «Скоморохи» и другие группы. Однако поклонники нового ансамбля упорно не хотели принимать множественного числа. И хотя года до 1973-го шла борьба за последнюю букву первого слова названия, музыканты во главе с Андреем Макаревичем были вынуждены «сложить шпаги».
На первых порах ребятам очень повезло с аппаратурой. Участнику коллектива — Сергею Кавагое (он учился в 20-й школе) отец привёз из зарубежной поездки две электрогитары. Об этом можно было только мечтать! Никто из юных музыкантов даже не подозревал о существовании подобных инструментов, сам звук которых приводил их в страшное возбуждение. Был привезён также усилитель, затем небольшой электроорган. Сергей был очень расстроен, потому что считал орган инструментом не «битловским» и чуждым настоящему року. Однако Макаревич, наделённый уже тогда завидным даром убеждать, доказал на примерах западных групп всю полезность этого инструмента для «их» музыки. Ну а раз привезли «клавиши» Сергею, было решено, что он и будет на них играть.
Довольно долго мучились без бас-гитары, играли на самоделках, но кое-как перебивались, потому что все остальные инструменты были неслыханной удачей и звучали по тем временам отменно, особенно когда их удавалось подключить через один усилитель к двум динамикам, предназначенным для демонстрации учебных фильмов. Громкость была прямо-таки сногсшибательная — 26,5 ватта.

Я помню, как всё начиналось,
Всё было впервые и вновь.
Как строили лодки, и лодки звались
«Вера», «Надежда», «Любовь»…

Первый концерт состоялся в родной школе, затем первое выступление «на выезде» в школе № 4. Аппаратуру музыканты большей частью перенесли на себе. Правда, выступление закончилось довольно печально: «гастролёров» здорово поколотили, наверное, не только за музыку. Однако никакие трудности не могли поколебать преданность «Машины времени» своему стилю. Концерты продолжались…
Видимо, сейчас самое время рассказать о первом составе рок-группы. Кроме Андрея Макаревича и Сергея Кавагое, в ансамбле выступал Юрий Борзов, который впоследствии стал художником. Четвёртым членом ансамбля был Игорь Мазаев, а затем — Александр Кутиков.
После окончания школы был ДК «Энергетик» — альма-матер московской рок-музыки, где одновременно репетировали Алексей Козлов со Стасом Наминым, Александр Градский с группой «Скоморохи», «Второе дыхание», «Машина времени» и ряд других коллективов.
В ДК ансамбль «Машина времени» привёл Стас Намин, который к тому времени уже неплохо умел играть на гитаре и был, если можно гак сказать, опекуном начинающих «рокеров». Звёздной мечтой «машинистов» было вступление в существовавший в то время «Бит-клуб». Ансамбль согласились прослушать, но… Уровень группы был весьма слабый, а потому мечте не суждено было осуществиться. Единственным из «мэтров» от рока, кто поддержал группу, был прозорливый Александр Градский. Остальные же члены правления клуба поставили на «Машине времени» крест, пусть не навсегда, но на время.

Настала студенческая пора. Андрей Макаревич — автор практически всех композиций, начиная со школьных времён, — поступает в Московский архитектурный институт. Как-то само собой получилось, что песни стали сочинять и исполнять только на русском языке. В это время часто меняется состав группы. Совершенно неожиданно в «Машину» приходит ударник Максим Капитановский из «Второго дыхания» — по тем временам супергруппы, которая «один в один» играла репертуар Джимми Хендрикса Максим был старше и опытнее остальных членов коллектива. Группа делает колоссальный скачок в своём развитии и начинает включать в свою программу сложные композиции. Капитановский всё время что-то придумывает, обучает ребят и очень неплохо управляется с ударными инструментами. И через год «Машину времени» приглашают выступить в «Бит-клубе». Музыканты снисходительно соглашаются, стараясь не показать рвущуюся из груди гордость.

…Бывают дни» когда опустишь руки.
И нет уже ни музыки, ни сил.
В такие дни я был с собой в разлуке,
И никого помочь мне не просил…
Я был готов идти куда попало,
Закрыть свой дом и не найти ключа,
Но верил я — не всё ещё пропало,
Пока не меркнет свет,
Пока горит свеча.

Максима призывают в армию. И поскольку без органа рок-группа может существовать, а без ударных — никак, Кавагое оставляет «клавиши» и вынужден учиться играть на барабанах. Они играют втроём: Макаревич, Кутиков, Кавагое.

Потом наступает период, когда «Машина времени» существует внутри ансамбля «Лучшие годы», в котором выступают сильные музыканты — Грачёв, Дегтярюк и другие. Взяли «Машину» в основном из-за аппаратуры, но внутри нового коллектива было чему поучиться, и урок не прошёл даром. Однако творческие разногласия приводят к уходу из группы Александра Кутикова, и его место занимает бас-гитарист Евгений Маргулис, который становится полноправным членом «костяка» «Машины», — Макаревич — Кавагое — Маргулис. В это время создаются известные шлягеры раннего периода. В ансамбль приходят и уходят из него скрипачи, пианисты, духовики, но ядро остаётся неизменным.
В Москве к этому времени «Машина времени» выходит на ведущие позиции среди рок-групп и уверенно борется за лидерство. Поклонники рока во всю мощь «гоняют» на своих магнитофонах «Марионетки», «Солнечный остров», а концерты группы сопровождаются ажиотажем, граничащим со скандалом. Из «официальных» успехов ансамбля можно назвать фильм «Афоня», где за кадром звучит «Солнечный остров», и единственную передачу по радио, в которой прозвучали две-три песни. Вот, пожалуй, и всё.
О чём же пел Андрей Макаревич, в чём была причина успеха? Ведь многие поклонники ансамбля совершенно категорично утверждают, что «Машина времени» — группа «текстовая», то есть главное и особенно ценное в их композициях — слова. Стихи Макаревича раннего периода были наполнены юношеским романтизмом, передающимся слушателям посредством несложных символов, метафор. В его песнях всегда были, да есть и теперь некоторая недосказанность, затаённая грусть. Всё это весьма импонировало настроению молодёжи и отражало, как в зеркале, идеи вселенской любви и братства, которые несли передовые западные группы. Однако было бы неверным обвинять «Машину времени» в подражании ансамблям с мировым именем. Просто её песни отражали дух времени, и Макаревичу удавалось сказать в стихах о том, что было в душе у каждого из многотысячной армии его поклонников. Эту способность поэт-музыкант сохранил и по сей день.
Впервые я увидел «Машину времени» году в 73-м. Что отличало группу? Прежде всего свежесть и оригинальность. Казалось, музыканты не делают ничего особенного, у них не было ни шоу, ни какого-то особенного освещения, большинство композиций были далеки от столь популярного в то время «тяжёлого рока». Участники группы никогда особенно не старались «завести» публику, но в то же время от сцены исходил необъяснимый магнетизм. Звучание инструментов перекрывал высокий голос. Певец рассказывал о нашей жизни, мечтах, надеждах. И спутать его с кем-либо даже на самых «затёртых» магнитофонных записях было совершенно невозможно. Словом, это был ансамбль со своим творческим лицом.
В годы становления «Машины времени» многие молодые люди увлекались западной популярной музыкой, и противопоставить ей что-либо стоящее в этом же жанре отечественная эстрада не могла. Многие любительские группы пели на английском, на танцевальных площадках безраздельно господствовали «зарубежные гости», в магнитофонных записях — то же самое. На западный рок его поклонники чуть ли не молились. И всё-таки «Машине времени» удалось увести значительную часть молодёжи в «родные пенаты» русского языка от радиоприёмников, настроенных на западные станции, заставить её слушать (именно слушать) песни на русском языке. Удалось доказать жизнеспособность рок-музыки, наполненной иным, «незападным» содержанием на нашей, пусть пока любительской сцене. И это, думается, самый важный вклад ансамбля в дело пропаганды прогрессивной рок-музыки.
Выбрав себе кумиром группу «Beaties», «Машина времени» никогда не копировала их слепо. На вооружение была взята решимость идти на эксперимент, верность себе и своему мировоззрению, отказ от слепой гонки за самыми модными музыкальными направлениями. Это кредо ансамбля осталось неизменным и до сегодняшнего дня.
Впрочем, любовь к «Beaties» у двадцатилетних студентов-музыкантов порой доходила до мистического накала. Например, перед тем как идти сдавать очередной экзамен, нужно было непременно послушать песню «Помогите!» («Help!»). Были и другие «верные» приметы, которые канули в Лету вместе с клешами, длинными волосами и сленгом. Остались лишь трогательные воспоминания…
Но вернёмся в 1976 год. К этому времени популярность ансамбля настолько возросла, что каждое его выступление было сопряжено с какими-нибудь неприятностями. Залы клубов, где выступала «Машина времени», не могли вместить всех желающих — выламывались двери, разбивались стёкла. А в результате группа лишалась очередной базы для репетиций (что, кстати, характерно для всех ведущих групп того времени). Да и сами концерты носили странный характер: организовывали их личности тёмные, на полуофициальной основе, которые, надо думать, прилично грели руки на дефиците рока. Для ребят же эти выступления имели чисто музыкальный характер и были в те годы единственным способом пропаганды своего творчества.
В 1976 году «Машина времени» получает приглашение из Таллинна участвовать в фестивале любительских поп-групп. В столице Эстонии ансамбль победил уверенно, выступив значительно лучше остальных участников конкурса. Затем были гастроли в Ленинграде по приглашению группы «Аквариум». Из этой поездки «Машина времени» вернулась с новым музыкантом Юрием Ильченко, оставившим ведущий ленинградский ансамбль «Мифы». Полгода длилось это содружество. Пожалуй, это единственный случай, когда в группе работал ещё один яркий лидер, у которого было много своих интересных песен…
Популярность росла «не по дням, а по часам», рос и ажиотаж вокруг группы. Во избежание неприятностей пришлось перенести концерты в Подмосковье. Наверное, нет ни одного городка в Московской области, где бы не выступала «Машина».

В 1977 году следует новая поездка в Таллинн на конкурс, и снова первое место. Затем, в 1978 году, Свердловск. Гастроли приносят ансамблю популярность уже в масштабах страны.
В это время в Московский театр имени Ленинского комсомола приходит новый режиссёр Марк Захаров. Он приглашает в театр одну из лучших групп того времени «Аракс», которая получает право выступать с концертами. Группа имеет базу, аппаратуру, участвует в театральном процессе.
Вдохновясь примером «Аракса» и крепко завидуя в душе ему, Андрей Макаревич начинает искать своему ансамблю пристанище среди московских театров.

Долго я шёл берегом реки,
Я шёл, судьбу свою кляня,
И все надежды были далеки,
Но всё же к морю вышел я…

Театр находит их сам. «Машина времени» была готова играть где угодно, лишь бы на сцене. А потому Московский театр комедии получает от музыкантов немедленное согласие на сотрудничество. Но так как особой популярностью у театралов эта обитель Мельпомены не пользовалась, то немедленно появились афиши, на которых крупным шрифтом было набрано: «Машина времени», а чуть ниже и значительно мельче: «в спектакле Московского театра комедии». Молодой зритель шёл валом, но уходил разочарованный. Весь спектакль музыканты сидели в середине сцены и тихонько, чтобы не заглушать актёров, наигрывали мелодии, сочинённые специально к этому спектаклю. Поскольку театр находился под эгидой Росконцерта, там быстро смекнули, что нужно брать «молодых и популярных» к себе.
Но до этого переломного момента в ансамбле произошли коренные изменения. Из него ушли Кавагое и Маргулис, и неожиданно вернулся Кутиков, «прихватив» с собой из «Високосного лета» ударника — Валерия Ефремова. Нашёлся и «клавишник» — Пётр Подгородецкий, с которым познакомились случайно — в речевой студии ГИТИСа, где одно время базировалась «Машина времени». Подгородецкий приходил в студию, где было пианино, и целыми днями на нём играл. Его-то и приметил ансамбль.
В 1980 году «Машину времени» приглашают в Росконцерт. Уже через несколько месяцев группа едет на Всесоюзный фестиваль рок-музыки в Тбилиси и уверенно побеждает. Затем год абсолютно счастливой жизни, но…
Но появляется статья в «Комсомольской правде», которая называлась «Рагу из «Синей птицы». Тему подхватили другие издания. Ансамбль и Макаревича лично критиковали все и за всё: за музыку, за стихи, за поведение на сцене и «дымы» и т. д. и т. п. Но особенно за стихи. Объективно говоря, критика не была конструктивной. Обычно применялся приём неконцептуального цитирования, то есть из текста вырывался кусок, порой прямо противоположный основному содержанию и, естественно, не имеющий никакой самостоятельной поэтической ценности.
Между тем группа продолжала существовать и успешно гастролировала по всей стране. «Машина времени» побывала более чем в 150 городах Советского Союза. Однако по совершенно загадочным причинам группу долгое время не допускали к выступлениям в Москве. Видимо, причина такого ярого игнорирования «Машины» так и останется нераскрытой. Смею предположить, что виной всему была обыкновенная перестраховка чиновников.
В это время создаётся ряд новых шлягеров, которые становятся визитной карточкой ансамбля. Среди них — «Поворот», «Скачки» и другие. «Не замечать» такое яркое явление, как «Машина времени», становится всё труднее. Всё чаще поступают заказы на музыку к художественным, документальным и мультипликационным фильмам, к спектаклям. С осторожным любопытством начинают обращать внимание на группу радио и телевидение. Вместе с тем у поклонников «Машины» появляются высококачественные записи «последних вещей», и популярность приобретает поистине всенародный размах. Однако фирма «Мелодия» продолжает упорно не замечать «Машину». Создаётся парадоксальная ситуация, когда все знают группу, все её любят, но в то же время она овеяна славой запрещенности и незакония, что придаёт выступлениям коллектива определённый снобистский шарм. Хотя на самом деле ничего подобного не было. Всё происходило на совершенно легальной основе, и Росконцерт заслуженно получал с выступлений дивиденды.
Через некоторое время из группы уходит Пётр Подгородецкий, место которого занимает Александр Зайцев. В таком составе — лучшем за всё время, по мнению постоянного руководителя «Машины времени» Андрея Макаревича, — группа существует и по сей день.
Рок-группа по самой своей сути не может быть явлением, замыкающимся на одной личности. И даже при самом ярко выраженном лидере невозможен успех без коллективного творчества и, конечно, взаимопонимания. В аранжировках песен «Машины» участвуют все музыканты группы. Довольно любопытно проходят репетиции, когда «соратники былых времён», воспитанные на «Beaties», — Макаревич, Кутиков и Ефремов — с полуслова понимают друг друга и одновременно отвергают предложения Зайцева, самого молодого участника ансамбля. Причём никто их них не может объяснить толком, почему музыкальная фраза неверна. Просто это они чувствуют почти физически.

Чтобы завершить портрет группы в общих чертах, надо сказать, что в «Машину» вернулся Максим Капитановский, который после службы в армии проработал в разных ансамблях, проделав долгий путь от музыканта до конферансье. Совершенно случайно перед самыми гастролями заболел Наиль Коротков — звукооператор «Машины», Макаревич, отчаявшись найти кого-либо из «профессионалов звука», позвонил Капитановскому и предложил попробовать «покрутить ручки». Максим попробовал и втянулся. Теперь у «Машины» два звукооператора, что при нынешней технической загруженности вполне нормально.
Профессионализм музыкантов возрос необычайно. Программы группы имеют построение, которое ненавязчиво взаимодействует со звуком и светом. Всё продумано, нет ни одной лишней детали: начиная от костюмов, сшитых в «ливерпульском» стиле, и заканчивая манерой поведения на сцене. Всё сделано в стилистике «Beaties», хотя связь эта по-прежнему носит чисто духовную окраску. Концерты «Машины времени» с каждым годом становятся всё лучше. Как правило, выступление ансамбля представляет собой мозаику новых и старых песен, объединённых одним настроением, идеей и производит впечатление нерушимого целого. Концерт строится по классическому образцу — завязка, кульминация и развязка. Это исключает какие-либо экспромтные перестановки композиций во время выступления. У каждой песни есть своё чётко определённое место, обусловленное и музыкальными «связками», и эмоциональным настроем предшествующей ей композиции.
Ещё одно немаловажное обстоятельство: во всех песнях «Машины времени» стихотворное повествование ведётся от первого лица, все они объединены личностью автора — Андрея Макаревича, а потому, даже сталкивая две различные точки зрения, Макаревичу удаётся сохранить сформировавшийся единый образ поэта, который размышляет, иронизирует, грустит, удивляется, но никогда никого не поучает, не пичкает голой моралью, а заставляет думать, спорить и очень часто сопереживать.
И если уж речь зашла о стихах Андрея Макаревича, то необходимо отметить полное отсутствие «любовной» тематики, столь характерной для традиционных ВИА. Однажды я спросил об этом Андрея и получил довольно лаконичный ответ, суть которого заключалась в том, что ему неприятно выносить свои интимные чувства на обозрение широкой публики. И без того слишком много творческих людей это делают, причём большинство — неискренне…
В песнях Андрея Макаревича — и в самых ранних, и в самых последних — фигурирует практически один и тот же набор поэтических символов: корабли, моря, дома, города, ветер и т. д. Однако было бы совершенно неправильно упрекать автора в скудости поэтического кругозора. Не менее глупо и искать чёткую и точную расшифровку этих образов, через конкретные примеры. Они неоднозначны и каждый раз выполняют свою, практически не повторяющуюся функцию. Просто Макаревичу легко с ними работать, выражать через них свои чувства и мысли. Не более того.
Не следует искать за ними и некий «третий смысл», как и не следует воспринимать их слишком «плоско». Откуда эти символы появились? Конечно, проще всего объяснить это тем, что Андрей по образованию архитектор — отсюда города и дома, а его любимое хобби — подводная охота, из-за которой появились в песнях реки и моря и т. д. и т. п. Возможно, какое-то рациональное зерно в таких рассуждениях есть, но опять-таки не стоит ставить точку там, где сам автор стихов поставил бы отточие…
И последнее о текстах. Макаревича часто упрекают в излишней грусти, которой пропитаны многие его композиции. Действительно, довольно трудно найти среди композиций «Машины» нечто искромётное, брызжущее весельем, излучающее счастье. И это происходит не от недостатка оптимизма, а, по-моему, от того, что взгляд артиста всегда вдумчив, неоднозначен и далёк от поспешных оценок и выводов. Вместе с тем стихи Макаревича, и особенно последние, говорят о том, что их автор — человек, живущий в гармонии с самим собой и с окружающим его миром, в котором он видит как положительное, так и недостатки. Он старается понять происходящее вокруг, разобраться во всём, обращает внимание других на то или иное явление.

Видимо, это вкупе и делает «Машину времени» и её бессменного руководителя явлением неординарным и даже уникальным для нашей эстрады, впрочем, почти не имеющим аналогов и за границей. И это особенно ценно.
Но, как бы ни были хороши стихи, в песенном творчестве это только полдела. Если бы музыкальный материал был слаб или откровенно вторичен, то группу не спасли бы никакие стихи. Музыка «Машины времени» весьма интересна сама по себе как таковая. И прежде всего потому, что группе удалось найти свой «звук». Уже по первым аккордам можно узнать автора не слышанной дотоле песни. Все мелодии отточены и аранжированы со скрупулёзным вниманием. Слушатель сразу же чувствует высокий профессионализм музыкантов, их мастерство.

Здесь необходимо сказать, что музыка большинства наиболее известных шлягеров ансамбля написана бас-гитаристом группы Александром Кутиковым. Вспомним хотя бы «Поворот», «Скачки», «Музыка под снегом», «В добрый час», «Караван» и другие популярные песни «Машины». У Кутикова совершенно иное ощущение музыки, чем у Макаревича, он прекрасный мелодист, в то же время тяготеющий к классическому рок-н-роллу. Видимо, многие удачи ансамбля обусловлены именно счастливым сплавом музыки Кутикова и стихов Макаревича. Такое органичное единство характерно вообще для всех композиций «Машины времени», в нём залог успеха ансамбля у любой слушательской аудитории.
Кстати, несколько слов о тех. кто ходит на концерты «Машины времени». Для многих рок-групп (особенно в последнее время) переход из любителей в профессионалы был, да и остаётся процессом болезненным. Дело в том, что самые ярые поклонники «непризнанных гениев» от рока сразу же отказываются от своих кумиров после прихода их на «официальную» эстраду. «Эта реакция — результат того, — говорил в одном из интервью Андрей Макаревич, — что очень долгое время нужная молодым людям музыка была прописана только на «второй сцене». И выработался рефлекс: на телевидении — значит, не наше; на официальной сцене — плохое. Делается этот вывод без всякого обдумывания и внимания к сути. Однако эта тенденция, на мой взгляд, сейчас проходит…»
Для «Машины времени» переход в профессионалы осуществился сравнительно легко. Видимо, дело в том, что группе удалось отстоять свой обычный репертуар в неизменном виде. Только однажды для сдачи очередной программы худсовету был исполнен необходимый для ВИА процент «песен советских композиторов». Для меня всегда оставалось загадкой, кто такой «процент» выдумал, да и зачем он вообще нужен для людей, которые сами сочиняют популярные у молодёжи песни, отличающиеся смысловой неординарностью и музыкальным качеством? Да и сама формулировка как бы ставит музыкантов на «свои места», исключая их автоматически из числа «советских композиторов».
Между тем «Машине времени» даже в самые «лихие годы» борьбы с жанром ВИА в целом и с самим коллективом в частности удалось сохранять своё лицо, к всеобщей радости поклонников. «Машина» ещё раз доказала свою жизнеспособность на нашей эстраде, не только сохранив свою зрительскую аудиторию, но и значительно её расширив.
Сейчас на концерты «Машины» — одного из наиболее «кассовых» коллективов» Росконцерта — ходят не только его давние поклонники. Можно даже сказать, что они-то как раз заполняют меньшую часть зрительного зала. Дело в том, что посещать концерты «Машины времени» стало престижно. Поэтому определённая часть зрителей — люди совершенно случайные, не имеющие к рок-музыке никакого отношения. Они приходят «отметиться», чтобы потом рассказать о концерте своим друзьям и близким, они честно отсиживают всю программу, умеренно хлопают и уходят, в принципе, довольными.
Многие из зрителей, особенно совсем молодые, открывают для себя ансамбль. После первого знакомства они стараются узнать побольше об этой группе, о её ранних работах. И пополняют ряды давних приверженцев творчества «Машины времени».
Остальные же слушатели — это те, кто ранее был немного знаком с творчеством группы, и «живая» встреча с музыкантами для них оборачивается праздником, очередным приятным открытием.
Но ни гастроли, ни магнитофонные записи, конечно, не могут удовлетворить всего спроса на песни «Машины времени». Значительную роль в популяризации произведений группы сыграл фильм режиссёра Александра Стефановича «Душа», который вышел на экраны страны в 1982 году. В картине вся музыкальная часть была отдана «Машине времени», многие впервые воочию увидели своих любимцев. Я не буду говорить о художественных достоинствах этой музыкальной ленты, скажу только, что картина весьма укрепила популярность ансамбля.
Кроме того, к тому же времени относятся работы группы в театре, изредка на телевидении и на радио. Грампластинок не было, и ничего подобного не намечалось. Пресса время от времени поругивала ансамбль и иногда хвалила.
Именно в этот период, несмотря на неослабевающую популярность, многие «знатоки» группы решили, что на «Машине времени» пора ставить крест. Мол-де, группа «Исписалась», и внимания заслуживает один лишь Макаревич, который, кстати, тоже «порядком поднадоел». Говорили так, как правило, люди среднего поколения, знакомые с ранним периодом творчества ансамбля. Конечно, каждый вправе иметь своё собственное мнение, но, на мой взгляд, подобная однозначная оценка ни в коей мере не отражала действительного положения вещей.
Творческого спада у группы не было. Просто программа была слишком хорошо знакома любителям рок-музыки. А новые песни береглись до следующих выступлений. Я был на одном из концертов того периода и, как всегда, получил большое удовольствие от высокого профессионализма музыкантов, качественного звучания, блестящей сыгранности группы и, конечно, от самих песен. Хотя, справедливости ради, должен заметить, что в музыке порой звучал непривычный для ансамбля «лёд». Видимо, сказывалась неблагожелательная для ансамбля музыкальная ситуация.

Изменения, которые произошли в жизни нашей страны в последние годы, естественно, позитивно отразились на ситуации и в области культуры. «Машину времени» вдруг «открывают» для себя сразу и радио, и телевидение, и фирма «Мелодия».
Ещё об одной киноработе группы мне хотелось бы сказать особо. В 1986 году «Ленфильм» выпустил художественную ленту «Прорыв». Эта картина весьма далека от музыкальной тематики; речь в ней идёт о подвиге метростроевцев во время аварии в Ленинградском метро. Здесь в качестве композиторов выступили трое из музыкантов «Машины времени» — Крутиков, Макаревич и Зайцев. Их музыка осталась незамеченной большинством любителей «Машины», поскольку радикально отличалась от всего ранее созданного. Во-первых, в фильме нет ни одной песни, во-вторых, само звучание инструментов весьма необычно — сплошная электроника. Вместе с тем «Машине времени» удалось прекрасно передать в музыкальном сопровождении картины её эмоциональный настрой, динамику. Эта работа заслуживает, на мой взгляд, внимания, поскольку в ней нашла отражение одна из сторон многогранной одарённости музыкантов, а именно — умение творчески применять при надобности самые современные музыкальные инструменты, сочинять практически любую музыку из широкого спектра современных течений и направлений популярной музыки. Расцениваю эту работу как значительный шаг вперёд на творческом пути «Машины времени».

1986 год. У группы выходит первая долгоиграющая пластинка «В добрый час». Решение о её выпуске было принято на «Мелодии» молниеносно. Макаревич рассказывал, что, вернувшись с гастролей, он чудом успел исправить название альбома. В пластинку вошли записи наиболее популярных композиций 1980–1985 годов. Честно говоря, этот диск малоинтересен, поскольку носит чисто ретроспективный характер. Обычно такие пластинки выходят в свет после прекращения существования ансамбля. Тем не менее весь тираж мигом разошёлся — приверженцы «Машины времени» очень соскучились по высококачественным записям группы.

Наибольший интерес представляет альбом «Реки и мосты», который действительно отразил новый этап в творчестве «Машины» и, бесспорно, стал одной из самых интересных работ группы.
Теперь несколько слов о так называемом сольном творчестве Андрея Макаревича. Его песни, исполняемые автором под гитару и не требующие музыкального сопровождения остальных участников ансамбля, завоевали большое число поклонников. По жанру их можно отнести к тому, что принято называть авторской песней — довольно бессмысленный термин (будто бы песня может быть не авторской!), но за неимением другого будем им пользоваться.

Эта сторона творчества Макаревича, наверное, и к рок-музыке не имеет отношения. Она сродни работам Высоцкого, Окуджавы и других «поющих поэтов». Эти песни предназначены для иной аудитории, чем та, что обычно собирается на концерты «Машины времени». Как правило, песни представляют собой посвящения тем или иным людям, зарисовки, размышления, которые носят ярко выраженный личностный характер. По самому своему духу они адресуются близким друзьям, которых автор знает, которым доверяет, но что, конечно, не исключает возможности их исполнения при широкой аудитории. Их сокровенный характер, эмоциональность, а порой и конкретный адресат делают произведения популярными у людей разных поколений. Обычно они исполняются автором на сольных концертах и неизменно встречают горячий отклик у слушателей.
Всё чаще появляются счастливые лица экипажа «Машины времени» на телеэкране, обычно в передачах для молодёжи и в музыкально-развлекательных программах. Бесспорная популярность ансамбля и его лидера побуждает телевидение обращать на группу всё больше внимания. Если так пойдёт, то Макаревич по частоте выхода на экран скоро нагонит Валерия Леонтьева. Примерно таким же образом обстоит дело и на радио.

«Машина времени» по опросу читателей газеты «Московский комсомолец» в 1986 году уверенно заняла лидирующую позицию среди самых популярных рок-групп страны. А Андрей Макаревич стал лучшим композитором и поэтом-песенником года. Такая оценка творчества «Машины». я думаю, вполне объективна и позволяет сделать вывод, что группа работает на уровне мировых стандартов.
При таком положении вещей, то есть при постоянной и даже нарастающей популярности группы, «Машина времени» могла бы спокойно, ничего не меняя в своих выступлениях и ничем не рискуя, исполнять в традиционной манере свои старые и новые композиции. Но, будучи верными духу «Beaties», их решимости идти на эксперимент, ещё в 1986 году группа начинает работу над созданием новой программы, сама форма которой довольно значительно отличается от всего, что было раньше.
Одно время «Машина» с переменным успехом старалась объединить в своём выступлении музыкальный ряд с пластическими и хореографическими номерами, но с таким размахом, как в новой программе, это сделано впервые. В состав ансамбля включены артисты балета (именно балета, а не брейкеры), которые создают на сцене вместе с музыкантами представление, наиболее ярко, по мнению руководителя «Машины», отражающее эмоциональный настрой той или иной композиции. Макаревич твёрдо придерживается мнения, что статичность рок-музыканта на сцене — минус всему ансамблю. Но музыкальная загруженность участников «Машины» во время концерта не позволяет им самим «делать шоу», и потому на выручку пришёл балет. Конечно, есть определённая опасность того, что на сцене из песни и танца возникнет нечто, что отвлекает зрителя от музыки, но процент успеха подобного эксперимента значительно выше процента неудачи. Гарантией тому служат большое усердие, высокий профессионализм и прекрасное взаимопонимание музыкантов. В любом случае подобный шаг — ещё одно доказательство активного творческого процесса, который идёт в ансамбле. Кстати сказать, все эскизы костюмов для артистов балета сделал сам Макаревич.
Андрей уверен, что законы гармонии едины в любом виде искусства. И те знания, которые он получил в архитектурном институте, стали основой его музыкальной деятельности, поскольку визуальная доступность гармонии форм и линии в архитектуре стала для него отправной точкой в познании законов музыки.
Видимо, единственным человеком в группе, не имеющим хобби, не связанного с музыкальной деятельностью, является Александр Кутиков. Он отдаёт своё свободное время сочинению мелодий, а также зарекомендовал себя как отличный звукорежиссёр, записав в этом новом для себя качестве пластинку с ленинградским бит-квартетом «Секрет».
Ударник Валерий Ефремов — человек спортивный. Особенно он тяготеет к мужественным видам спорта — авторалли, горным лыжам и т. д. и т. п.
В группе «Машина времени» высшее музыкальное образование имеет только Александр Зайцев. Он выпускник дирижерско-хорового отделения Московского института культуры. Всё своё время между репетициями и концертами Саша проводит за чтением. Любовь к книгам — для него гораздо больше, чем просто увлечение.
* * *
О «Машине времени» можно написать целую книгу. Возможно, со временем так оно и случится. С творчеством группы связана судьба целого поколения. Да и судьба самого коллектива, прошедшего нелёгкий двадцатилетний путь от «ребят из школы» до звёзд советской эстрады, была бы весьма интересна и поучительна для тех, кто только делает первые шаги на непростом пути артиста. Ведь преодолеть его с честью удаётся только тем, кто не боится трудностей, предан своей музыке и не идёт ни на какие компромиссы.
В добрый час, друзья, в добрый час…
И последнее. Эстраду, и рок-музыку в частности, постоянно обвиняют в легковесности подхода к современным проблемам, в отсутствии гражданской позиции авторов, в стремлении копировать западные образцы. Конечно, доля истины в этих обвинениях есть. Но вот на нашей сцене появляется ансамбль, который имеет своё лицо, который популярен; его песни заставляют думать, они смелы и интересны. И сразу же группа занимает лидирующую позицию среди себе подобных и с поразительной стабильностью её удерживает.
Так, может быть, не эстрада виновата, а принцип «отбора»? Естественно, концертным организациям гораздо легче сотрудничать с ВИА, которые поют ни о чём, но время диктует свои условия, и методы работы пора менять. Подтверждение тому — «Машина времени».

Комментирование и размещение ссылок запрещено.