«Нажми на газ!»

uterus shrink .

(Альбом группы «Сектор Газа». 1993 год)
Игорь Аникеев (Кот) — бывший клавишник группы «Сектор Газа»
Вообще-то я — духовик, закончил музыкальное училище по классу гобоя. У меня отец — профессиональный музыкант-барабанщик. Он меня с малолетства за барабанную установку сажал. А на клавиши я потом сам переориентировался.
После армии устроился в Воронежскую филармонию, но почти сразу на полгода уехал в Абхазию — калымить по тамошним кабакам. Из Абхазии я отправился в Москву, и меня взяли в популярный тогда ансамбль «Лейся, песня!», а уже оттуда — в «Ласковый май».


Там же, кстати, тогда работал и Дельцов, который позже стал звукорежиссером «Сектора». С «Ласковым маем» я объездил полстраны. Работа была денежная и с музыкальной точки зрения совсем не сложная. Ну, ты представь: за неделю мы давали по восемнадцать концертов. То есть по три концерта в день. Разумеется, все это дело шло под фанеру, хотя и с ней устаешь. Так что из «Мая» я ушел в аккомпанирующий состав Володи Преснякова, а потом вообще плюнул на все и вернулся в Воронеж.
Я сидел себе в студии, потихонечку работал и был счастлив. Ну, не всем же в Москве жить, правда? Я вот, например, не люблю этот город. В Питер я бы уехал, а в Москву нет, не хочу.

Андрей Дельцов — звукорежиссер группы «Сектор Газа»
В конце 1980-х я мотался по стране с группой «Ласковый май». Это был первый большой русский поп-проект, и, по-моему, с тех пор успех «Мая» переплюнуть так никому и не удалось.

Интереса в этой работе не было никакого. Делалось все исключительно ради денег. День за днем повторять одно и то же было дико утомительно. Как-то я дал им кассетку с записью «Сектора». Мужикам так понравилось, что они, суки, раздербанили мне все наушники от плеера — так друг у друга его рвали. Больше всех тогда заинтересовался самый большой говнюк — их менеджер по имени Фидель. Фамилию не помню… Вот этот самый Фидель сказал — круто! Офигительная музыка! Я из твоих воронежских приятелей звезд буду делать.
Не знаю уж, с кем он там разговаривал. Но вскоре был звонок из Москвы — приезжайте, работайте. Ну мы приехали в Москву, поселились в гостинице «Россия». Вроде бы дорогая гостиница, в самом центре города. Но это только так кажется. Тогда в «России» грязи, дерьма и тараканов было больше, чем в любой общаге… Так и началась московская история «Сектора».
Самый первый концерт, который Фидель организовал для «Сектора Газа», был во Дворце спорта «Измайлово». Времена были такие, что сейчас я просто не могу передать. Это все равно, что сравнивать самый первый концерт «Rolling Stones» и их последнее шоу в Москве, когда это было уже целиком коммерческое мероприятие. Я, например, в этой группе первое время играл на гитаре. А поскольку Юра тогда был совсем диким и публики боялся смертельно, то я еще и вел конферанс. То есть объявлял: сейчас, чуваки, выйдет Юра Хой. Сам он разговаривать ни фига не будет, а споет свои песни…
Ну и очень скоро появился Сергей Савин, с которым начался совсем уж коммерческий этап истории «Сектора Газа».

Алексей Ушаков — музыкант первого состава группы «Сектор Газа»
Когда-то вместе с Дельцовым я играл в воронежской группе «Фаэтон». Но потом группа распалась, и Дельцов стал тусоваться с «Ласковым маем». А у них был администратор — совершенно левый человек и изрядная сволочь. Вот он, короче, и организовал Хою самый первый большой концерт.
Ребята съездили, отработали в лучших традициях «Ласкового мая» — под фанеру. Играли на стадионе, там было очень много народу. Ну, и, естественно, их кинули на все бабки. С Фиделем после этого дел иметь никто не хотел. Зато на том концерте группе поступило предложение от Савина, который уже тогда был опытным менеджером. Он понимал, что в первую очередь нужно наладить гастрольную деятельность, и поэтому предложил Хою серьезно поработать над составом.
Хой приехал из Москвы, пришел к нам в студию и рассказал о ситуации. То есть, что перспективы очень неплохие, но у него совсем нет состава. А у нас была в общем-то готовая группа, только без вокалиста. К тому же у меня в клавишах все хоевские вещи были уже набиты. Да и остальные ребята его музыку хорошо знали. Короче, мы были для него оптимальным вариантом.
Мы быстро все отрепетировали, наладили, собрались и уже через две недели отправились в первый тур.
К гастролям подошли очень серьезно. Сами смастерили себе форму: разорванные джинсы, разные нашивки, прибамбасики, бантики… Как-то наш гитарист Вадик Глухов отдыхал на даче и серьезно поранил себе ногу: топором разрубил вены… Потом вроде все срослось, но он все равно ходил с пластырем. А когда мы поехали выступать в Сочи, то Вадик прыгал по сцене, задел какую-то стойку и у него разошлась рана. И кровь такой веселой струйкой, фонтанчиком — на первые ряды зрителей! А Вадик ни хрена не замечает.

У народа шок был. От вида окровавленного Вадика люди падали в обморок. Своей кровью он всю сцену залил! Местные газеты вообще без ума были. Писали: «Вот приехал „Сектор Газа" — совсем безбашенные отморозки!»
А что касается самого Савина… С одной стороны, мы понимали, что в Воронеже никто на таком уровне ничего бы не организовал. Но с другой — когда «Сектор Газа» собирал стадионы и билетов не хватало, а народ стоял и не мог войти, то музыканты получили просто смешные деньги. Просто смешные! Кот (Игорь Аникеев) тогда работал в какой-то группе разогрева, так он больше нас зарабатывал!

Сергей Савин — первый директор «Сектора Газа»
Знаешь, сегодня я бы уже не смог работать с «Сектором Газа». У меня была масса интересных проектов, и каждому из них я отдаю здоровенный кусок жизни. Когда ты занимаешься кем-то всерьез, то начинаешь жить не своей, а его жизнью. «Сектору» я отдал несколько лет… Да, это было яркое и интересное время. С Юркой было интересно, но это ушло. Задолго до его смерти. Так что во второй раз я бы, наверное, так уже не смог…
С Хоем я познакомился через Фиделя. Ну, того самого, который потом ездил по стране с фальшивым «Газом» и выступал под фанеру. Тогда Фидель был у них кем-то вроде концертного администратора. Мне закинули послушать их кассету: «Сектор» производил впечатление совершенно безбашенных. Ну и я согласился встретиться, поговорить на предмет сотрудничества.
Юра тогда только приехал в Москву. Первое впечатление: провинциальный парень, голодный, нищий, в чужих кроссовках. Короче, классический образ. Мы когда встретились, он сразу сказал:
— Все! Пиздец! Заебала ваша Москва! Ни денег, нихуя! Мне тут даже жить негде!
А у меня тогда было две квартиры. В одной я жил, а другая стояла пустая. Я отдал ее Хою с ребятами, и мы стали работать.
Первый концерт для «Сектора» я провел на «Фестивале хулиганской музыки». Мы тогда организовали его во Дворце культуры «Меридиан» вместе с Вадимом Цыгановым. Я начинал работать с Хоем, а он как раз взялся за певицу Вику Жукову, которая сейчас — Вика Цыганова, а тогда только-только стартовала и пела блатняк.
Первых выступавших слушатели восприняли без особого энтузиазма. А вот когда вышел «Сектор» — началось… Толпа разнесла весь дворец к чертовой матери! Нам потом дирекция выставила счет на пятнадцать тысяч рублей, который мы, кстати, так и не оплатили. Пятнадцать тысяч по тем временам — просто нереальная сумма. Зато после этого концерта о «Секторе» заговорила уже вся Москва. Начались публикации в прессе. Маленькую статейку написал «Московский комсомолец». В общем, пошла популярность…
В те времена раскрутка артиста строилась по совершенно иным законам — не так, как сегодня. Сейчас, чтобы тебя заметили, нужно платить безумные деньги: снимать клип, ставить его на MTV, давать песню в ротацию на FM, платить за участие в престижных концертах…
А тогда единственным критерием успеха была раскупаемость кассет в киосках звукозаписи. Если альбом хорошо продавался — все, тебя узнавала вся страна!
У меня было правило: я не лез ни в кадровую политику, ни в творчество Хоя. Но после того первого концерта в «Меридиане» два условия группе я все-таки выставил. Первое — до концерта ни капли спиртного. Штраф — концертная ставка. То есть если они выпивали, то за выступление я им ничего не платил. И второе — на сцене матом не ругаться.
Кое-как скрепя сердце мои условия они приняли. Хотя бывало по-разному. Назло мне и матом крыли, и выпивали ради чистого хулиганства. Как-то я вошел в гри-мерку, а Ушаков спрятал рюмку с водкой в карман штанов. Рюмка там перевернулась, и на сцену он отправился с мокрым пятном на ширинке.
А в другой раз Тупикин в Сочи до того допился, что, пока мы готовили аппаратуру, он стал голым бегать по стадиону. Причем заметили его не мы, а директор стадиона. Подходит и говорит:
— Ребята, а чего это ваш там голяком бегает?
Тупикина мы бросились ловить всей группой. Поймали, скрутили, отволокли в душ… И к началу концерта он все-таки немного протрезвел. Тупикин хорошим был музыкантом, жаль только, что так быстро спился…

Газета «Московский комсомолец»
21 марта 1992 года «Сектор Газа» (между прочим, первая панк-группа, попавшая в хит-парад «Звуковой дорожки») приехал в Ульяновск. Группа должна была дать четыре концерта. Все билеты были давно распроданы. Но после первого же выступления, в субботу днем, за кулисами появился видный майор милиции. Он объявил музыкантам и администрации ДК, что концертов больше не будет.

— Немедленно собирайтесь и уезжайте отсюда! — заявил майор. — Нашей молодежи такие песни не нужны! Это в Москве со всякими Пугачевыми и Розенбаумами можете петь что угодно. Здесь вам не Москва!
Организаторов концерта куда-то увезли, а музыкантов продержали запертыми в гримерке восемнадцать часов подряд, до половины второго ночи. Дом культуры был оцеплен, зрителям, приехавшим на вечерний концерт, билеты пришлось сдать. Ночью музыкантов отвезли в гостиницу и потребовали незамедлительно убраться из города.
По словам одного из милиционеров, грозный майор — это заместитель начальника УВД Ульяновской области. Материальный ущерб «Сектора Газа» по причине сорванных концертов составил сорок тысяч рублей.

Газета «Известия»
Гастроли группы в Ульяновске закончились скандалом. В сообщении пресс-группы областной прокуратуры говорится:
«Перед выступлением менеджер коллектива С. Савин заверил руководителей Ассоциации учащейся молодежи, что в репертуаре группы вульгарных выражений нет. Однако при выступлении артисты допустили в присутствии малолетних и несовершеннолетних зрителей нецензурные выражения. Солист группы, выступающий под фамилией Хой, находился в нетрезвом состоянии и призывал сидящих в зале закурить, демонстрировал на сцене распитие водки из горлышка бутылки. В результате на рок-группу заведено уголовное дело…»
Газета «Молодой коммунар»
После первого же концерта в Ульяновске «Сектор Газа» выперли сначала с точки, а потом и вообще из города при помощи грубой милицейской силы. Милиция запретила проводить концерты, зрителей насильно заставили сдать билеты, музыкантов до ночи продержали в гримерке и едва не отлупили резиновыми дубинками.
— По какому праву? — задавали вопрос все во-круг. — На каком основании?
Ответа не было, потому что о законе речи здесь не шло. Основание было одно: не нравится!

Игорь Кущев — член первого состава группы «Сектор ГЪза»
Очень скоро Хой стал говорить, что «Сектор Газа» — это его личный проект. Мол, Хой — это и есть «Газ». А музыканты — это так, на подхвате…
Да только кем бы он без нас был?! Кто его музыке-то обучал? Он же играть на гитаре никогда толком не умел! Кто ему пластинки нормальные давал слушать? Кто говорил — вот здесь нужно играть так, а здесь — этак?!
Послушай самые первые альбомы «Газа»: это был реальный панк-рок. Потом уже у него пошла попса — бла-бла-бла, три аккорда, прямо Юрий Антонов какой-то… Но ко всем первым хитам музыку мы сочиняли вместе. Потому что Хой ничего не соображал и объяснить ничего не мог. Говорил: давайте сыграем та-та-та-та. Вот и все его способности… А как «Газ» стал популярным, Хой сразу встал в позу и заявил, что это его личный проект.

Помню, мы сидели в Москве, в гостинице, там была студия звукозаписи «Луч». И что-то они с басистом Семеном заспорили. Сперва несильно, а потом разругались конкретно. И на следующий день Хой Семена просто послал на хуй и уволил. А на его место взял этого… придурка тупого — Тупикина, который за Хоем бегал и в рот смотрел… Я уже тогда понимал, что буду следующим.
Мне кажется, что группа — это все-таки коллектив единомышленников. Это как общий котел, где варятся идеи. То есть люди работают не за бабки, они душу свою вкладывают. А что сделал Хой? Набрал коллектив лабухов! Он им из Москвы присылает готовую запись, а те снимают свои партии. То есть в музыку они ничего не вкладывают, а просто зарабатывают деньги. Вот поэтому «Газ» так быстро и выдохся. Сначала он летел на волне, которую сделали мы все вместе, а потом Хой просто плыл по инерции и все…

Андрей Дельцов — звукорежиссер группы «Сектор Газа»
Хой перебрался в Москву и начал избавляться от… ну, скажем так, избавляться от балласта.
Игорь Кущев хотел самореализации. Он хотел, чтобы звучали не только песни Хоя, но и его собственные. При этом, мне кажется, Кущ не совсем понимал, что время самореализации и для него, и для Хоя уже прошло… Наступило время работы. А что касается остальных, то они были просто непрофессионалами…

Басист Семен просто не въезжал в шоу-бизнес. Ведь понятно, что если один человек сам все выдумывает, сам все поет, играет и болеет за дело, то он и должен получать больше остальных. А другой, который лишь периодически появляется на репетициях, — меньше. Семен требовал, чтобы все получали поровну, и после серии конфликтов он был Хоем попрошен на хуй. Вместо него пришел совершенно классный Тупикин. Который был и умнее, и мастеровитее Семена, а уж играл — просто класс! Барабанщик Олег Крюков («Крюк») сам все понял и особо не настаивал. Да он по большому счету (Царствие ему Небесное!) и барабанщиком-то не был…
Был еще один балласт — тот самый человек, который вытащил «Сектор» в Москву. Фидель был изначально заражен вирусом коммерции по типу «Ласкового мая». И когда он понял, что впрямую заработать денег с Юрой не удается, то решил Хоя клонировать. И пустить по стране несколько «Секторов». Он вообще Юрке сразу не понравился, потому что у Юрки было чутье на людей. А Фидель вообще гнилостный чувак.

Игорь Кущев — член первого состава группы «Сектор Газа»
Как мы расстались с Хоем?.. Это была очень подлая история. У меня в Воронеже очень серьезно заболела мать. И я срочно поехал на несколько дней домой. Когда приехал, она была уже при смерти… А тут Хой из Москвы звонит — мол. Кущ, ты свои обязательства не выполнил, на концертах мы без тебя выступали… Я ему — ты что, блин, не понимаешь?! У меня мать умерла! А он: ну ты, Кущ, в Москву можешь больше не приезжать… Я его и послал на хер, короче…

Что тут еще добавить?.. С Хоем я больше не разговаривал и встречаться не хотел. Лет восемь мы вообще не общались. Деньги теперь нужно было зарабатывать самому. Так что из музыки я ушел, стал заниматься бизнесом. Последнее время работаю в парикмахерской. Тут недалеко, в центре…

Николай Митрофанович Клинских — отец Юры Хоя
Мы с Юркой любили выпить. Иногда возьмем бутылочку, посидим. А одна у него с собой всегда была, чтоб не бегать лишний раз. Сядем, он кассету со своими песнями в магнитофон воткнет, а сам смотрит: нравится мне или нет.
— Ну, что, пап? Ты мной доволен? Как я пробился, а?
Когда у него слава пошла, то голову она ему не скрутила. Не испортила его. Вот помню, пошли группы выступать — как бы это «Сектор Газа», но поддельные, понимаешь? Юрика все слушали, но в лицо-то его никто не знал. И вот как-то Юрик приехал из Москвы и по пьянке рассказал мне об одном эпизоде.
Мы, говорит, пошли на концерт. А он подвыпивший был — это не секрет. Конечно, он любил выпить. И вот объявляют: выступает «Сектор Газа»! А я (говорит Юрик) сижу в зале. И выходит этот — Фидель. Он у них типа администратором был когда-то…
Я (говорит Юрик) вскочил и побежал на сцену. Вырвал у них микрофон и хотел сказать, что, мол, они — мошенники… Это ж я — «Сектор Газа»! А они стали его бить! Как они его били! Минут десять! Пинками!.. Все отбили… Я, говорит, упал и руками закрыл голову, чтоб совсем не убили. Все почки, всё ему тогда отбили…

Этот Фидель, собака… Он когда рассказал мне… Мне б до него добраться, голыми руками бы его задушил!.. Юрик потом три недели лежал в больнице… Они ему все отбили! Суки! И вот, мне кажется, это и была причина его смерти.

Андрей Дельцов — звукорежиссер группы «Сектор Газа»
А дело так было. Мы тогда уже сидели в студии GALA-Records. А у них там очень путаная планировка: сплошные коридорчики, лабиринтики, лесенки какие-то. То вверх, то вниз — как на подводной лодке. И вот приходит человек. Хромает, еле-еле идет. Как потом выяснилось, это был корреспондент SNC. Он подвернул ногу и не мог ходить, но все-таки доковылял до нас, потому что понимал — дело важное.
Мы с Ушаковым сидим в предбаннике, курим. Чувак у нас спрашивает:
— Где тут «Сектор Газа»?
Ну, мы показываем: направо, потом налево, по ступенькам — там и будет «Сектор Газа». Однако Хой в это время пел в студии, а когда он поет — ему дела вообще ни до кого нет. Так что он этого страдальца назад послал — мол, «Сектор Газа» сидит в предбаннике. Чувак опять проходит все эти коридоры — и к нам. Уже с долей агрессии:
— Где, блин, «Сектор Газа»?
— Ну, ладно, садись… Что такое? Что хотел-то?
А он говорит:
— Да там сейчас «Сектор» будет выступать…
— Где?!
Мы, короче, бычки тушим, кричим:
— Юра, кончай петь! Там сейчас «Сектор» выступать будет!
Он натурально не врубается:
— Как выступать будет? Я же здесь!..
А когда он въехал, то просто взбесился. Поймали такси, приезжаем. Зеленый театр в Парке Горького. Висят афиши: «Сектор Газа». На сцене — как бы «Сектор» играет. Четыре человека, с микрофоном сам Фидель. Кривляется под украденную еще в Воронеже фонограмму. А рядом — байкеры из банды «Ночные волки» в качестве секьюрити. Ну, у Юры, естественно, глаза кровью наливаются, он бежит на сцену… И нет бы вокалиста ебнуть в лицо… А он взял и ударил по микрофону. Микрофон улетел и разбился. И тут сработали «Волки».
Короче, прежде чем эти тупорылые быки смогли осознать, что бьют того самого Хоя, которого по идее должны охранять, Юра получил несколько реально тяжелых увечий. Нам, кстати, тоже досталось… Когда его стали бить, на сцену ломанулась вся наша тусовка. Мы ввязались в побоище, а избитый Юра убежал…
Потом он рассказал, что в полубессознательном состоянии пробрался через какие-то пруды и огороды к станции метро, там сказал, что за ним гонятся бандиты, упросил бесплатно впустить его в метро, еле доехал до дома, открыл дверь и рухнул без сознания… А мы остались и должны были тереть с «Ночными волками» по поводу расколотого микрофона.
Свои понты они включили по полной. Нам были сразу показаны ножи, и все время разговора над головами летала какая-то фигня на цепи. Впрочем, на этой стадии уже примчался Савин, который с ходу доказал, что никаких микрофонов Юра не ломал и вообще никто никому ничего не должен. В общем, все обошлось. Ничего они нам не сделали. Так — немного адреналина…

Комментирование и размещение ссылок запрещено.

Обсуждение закрыто.